поп рок альтернатива хип-хоп джаз хитпарады музей новые лица теревенi
Новости
в Украине
в СНГ
в мире
Слухи
Афиша
концертная
клубная
Мысли вслух
События
концерты
фестивали
Reading-Room
Рецензии
CD
DVD
Интервью
Хронограф
Досье
Фотоархив
Словарь
Форум
Доски объявлений
Сервисы
экспорт новостей
Реклама на сайте
26.04.2008 18:17
Ксения Портная
 
ПАРАДУШ: Громкость - не показатель мастерства

Основатели «Парадуш» Марина Чабанова и Анатолий Шмаргун не любят когда группу называют проектом, а песни «Машины времени», которые они записали на свой лад, – каверами. Так или иначе, спустя три года после выпуска дебютного альбома «На одной прямой» киевские музыканты «созрели» для создания авторского материала, который уже начали опробовать на своих выступлениях… 

- Недавно в Киеве у вас прошел необычный концерт…

Анатолий: Да. Для всех «Парадуш» ассоциируется с «Машиной времени» и бразильской музыкой. На этом концерте не было ни того, ни другого. Мы решили опробовать новый материал, полностью авторский, который готовим для следующего альбома…

- И как поклонники восприняли вашу музыку?

Марина: Вы знаете, очень тепло. И это особенно приятно, ведь это было наше первое публичное появление с полностью авторской программой!

Анатолий: (смеется) То ли еще будет!

- Что подтолкнуло к созданию своих песен?

Анатолий: Еще при подготовке альбома «На одной прямой» нам все говорили: «Здорово! Плохо только, что начинаете с чужого». Но тогда мы играли джаз. А в джазовой традиции перепевать чужие песни – обычная практика. Возьмите любой джазовый диск. Половина материала – стандарты, которые сыграны миллионами людей в разных интерпретациях. Поэтому для нас было нормальным и естественным играть чужую музыку. Сейчас мы уже созрели для авторских песен. Появилась внутренняя необходимость в этом.

Марина: Но надо признаться, было нелегко. Раньше никто из нас этим не занимался. Да и группы на тот момент у нас еще как таковой не было.

- Сейчас появился постоянный состав музыкантов?

Анатолий: Надеемся, что да. У нас образовался очень боеспособный коллектив, которому под силу любые музыкальные задачи. А в начале нас на самом деле было только двое – отсюда и название «Парадуш». Другие музыканты по дружбе помогали. Контрабасиста вообще видели только в студии. Он пришел, отыграл, получил деньги и ушел. Сейчас играем квинтетом плюс еще одна девушка помогает Марине с бэк-вокалом.

- За кем в коллективе последнее слово?

Анатолий: За мной. Но я не так силен в гармонии, голосоведении, как мои коллеги.

- Это мешает?

Анатолий: Мешает работать с упрямыми профессионалами. С ними трудно найти общий язык. Очень часто они основываются на теории – правильно/неправильно. Говорят: «Так нельзя». Почему нельзя – я, видимо, никогда не пойму. Например, те же «Эстетики» (участники группы Esthetic Education – прим. автора) в этом смысле вообще «самодеятельность». У них же ни у кого нет высшего музыкального образования. Все на «благозвучии» (смеется), эмоциях – звучит или не звучит. Славик Вакарчук – та же история… «Мен╕ б╕льше ритму потр╕бно», – обычно говорит он на репетициях. Все строится на слухе, ощущениях, эмоциях... Хотя сейчас у него есть в группе как минимум два «профессионала»…
В какой-то момент я понял, что быть профессионалом в этом смысле слова – даже плохо. Официальное образование – если его вообще можно назвать образованием – ставит рамки, диктует как правильно, как нет. Я не призываю всех бросить консерваторию и идти в переход. Это другая крайность. Я за золотую середину: ведь натянешь струну слишком туго – она порвется, отпустишь – не будет звучать.

- Как появилась идея создания «Парадуш»?

Марина: Я училась в киевском эстрадно-цирковом училище. Мой педагог познакомил меня с джазовым пианистом, который искал певицу. Так я попала в ресторан «Свинг», где примерно год спустя познакомилась с Толиком. Мы еще год поработали с ним в ресторане, после чего решили, что надо делать что-то серьезное, свое.

- И «чем-то серьезным и своим» стали каверы на песни «Машины времени»…

Марина: Я бы не называла их каверами… Ведь никто не говорит, что Фрэнк Синатра поет каверы. Мы просто взяли материал «Машины времени» и сделали из него абсолютно другую музыку.
Сначала мы хотели записать джазовый альбом из тех песен, которые исполняли в клубах, на фестивалях. Все карты нам спутал украинский джазовый пианист, аранжировщик и близкий друг Юра Шепета, который задал нам простой вопрос: Почему джаз? Зачем перепевать иностранные песни, если есть наши? Пришла идея записать некоторые песни «Машины Времени»…

- Почему именно «Машины Времени»? Можно предположить, что эта группа что-то значит для вас?

Анатолий: Андрей Макаревич исторически для меня более важен, чем, например,  Элла Фитцджеральд. Я не рос на американском джазе. До 16 лет и не знал о том, что это такое. А кто такой Макаревич – знал прекрасно. А вот Марина, кстати, немного упиралась…

Марина: Я не упиралась… Просто не была хорошо знакома с музыкой «Машины времени». Знала песни «Поворот», «За тех, кто в море»… Стандартный набор (смеется). И как-то Толик посадил меня за компьютер, включил диски и сказал – выбирай. И я целый день слушала. Было тяжело. Я не могла себе представить, как я от женского лица буду петь мужские песни. Я привыкла перепевать джазовые стандарты. А тут… Я же не мужчина, не Макаревич – я понимала, что надо петь по-другому. Но как…

- Долго думали о том, как это сделать?

Марина: Вообще не думала (смеется). Голосовым партиям уделялось меньше всего внимания. Акцент делался на аранжировки. И они мне очень помогали. Но пела я почти шепотом – стеснялась очень. Записывали всего по несколько дублей. Когда я просила больше, Толик отвечал: «Главное, чтобы была душа – этого уже достаточно». И он был прав: возможно, при большем количестве дублей было бы совершенней с технической точки зрения, но душа бы улетела. 

- По каким критериям отбирали песни?

Анатолий: Во-первых, выбирали те, которые не были заслушаны. Во-вторых, старались брать наиболее нейтральные с точки зрения содержания… «Маленький город» – ностальгия о детстве. «Снег», «Ночь» – просто созерцание... Эти темы актуальны всегда.
А, например, песню «Свеча» не взяли. С точки зрения техники проблем бы не возникло. Но я считаю, у нас просто не было морального права петь песню, которая лично для меня является гимном Макаревича. Это его жизнь, его опыт, он имеет право поучать… Для нас спеть эту песню означало бы просто повторить звук …

- Как появились латиноамериканские мотивы?

Марина: Я влюблена в португальский язык. Услышала как-то одну песню и меня просто сразили мелодизм и грация этой музыки. Поняла, что это оно! Постепенно акценты начали смещаться с джазовых стандартов на бразильские мотивы.

Анатолий: С одной стороны, к бразильской музыке подтолкнул ритм. Даже ударение в названии группы поставили на второй слог, чтобы фонетически имитировать португальский язык… хотя некоторым оно кажется молдавским (смеется). Самое интересное, что через год случайно набрели на карту Бразилии, расчерченную штатами, и нашли штат Пара, который по-португальски пишется с ударением на второй слог… были приятно удивлены!
К тому же, бразильцы никогда не кричат. У них нет кричащей музыки. В  основном все поют спокойно, душевно. И мы не хотим кричать. Не потому что не можем – мы идем за музыкой, а не преследуем цель доказать, что у Марины сильный голос, а у меня идеальная техника. Меня вообще раздражает, что многие считают показателем мастерства – громкость, диапазон. Ведь это совсем не так. Играть и петь тихо – намного сложнее.

- Удивительно слышать это от барабанщика…

Анатолий: Да, барабанщики – громкие люди. Но именно один из моих педагогов впервые обратил мое внимание на то, что громко – не всегда хорошо. Он участвовал во многих международных фестивалях и приводил в пример наши симфонические оркестры. Они всегда играют громче всех. Почему? Наверно, менталитет такой.
К тому же, наши артисты в основном играют на корпоративах. Тамошней публике не до эстетства – она пришла просто погулять.

- А вы в корпоративах участвуете?

Анатолий: Конечно. Деньги и нам нужны. Но в какой-то момент я стеснялся. Особенно ресторанов. Например, в Голландии все проще. Меньше морально-этических соображений по этому поводу. Там важно что и как ты играешь, а не где. К тому же, за границей в клубах зародился ни один музыкальный жанр. В Украине все иначе. В большинстве заведений – мега-пафосная публика. Музыканты «фонят», чтобы людям было удобно есть и разговаривать. Музыку приходят послушать единицы, причем в основном иностранцы.

- Среди музыкантов существует мнение, что это хорошая практика...

Анатолий: Думаю, это скорее вредно, чем полезно. Если хочешь поиграть на публике – лучше выйди в переход. Это будет честнее. Или позаботься о концерте в клубе – сейчас это несложно. Хотя с другой стороны, если на твою музыку не обращают внимания, а лишь рассматривают ее как фон, может, это твоя вина…

- Боялись оказаться под огнем критики поклонников «Машины Времени»? Ведь запись чужих песен – неблагодарная работа…

Анатолий: Не боялись. Творить, заведомо целясь на публику – фальшиво. Даже если это трижды хороший альбом. Все равно найдется кто-нибудь, кому не понравится. Каждый выбирает что хочет – это нормально. Когда сознательно выбирает. Но ведь сегодня существует другой подход – когда диктуют, что выбирать. Существует множество техник и способов заставить слушать ту или иную музыку. Вплоть до ключевых фраз, которыми зомбируют людей, вызывая потребность в этой музыке. У меня есть знакомый – профессиональный филолог. Он рассказал, что в науке существует понятие «благозвучие». В Украине даже есть человек, который постиг эту науку в совершенстве – к нему обращаются многие политики.
В музыкальном бизнесе прослеживается то же самое. Основная масса людей «хорошей» музыкой считают то, что показывают по телевизору. Например, попадание в эфир, пожалуй, самого популярного украинского музыкального канала (не хотелось бы упоминать название) является эталоном успеха. Хотя лично я не встречал ни одного человека, который бы сказал, что это хороший канал. Так что технологии успешно работают. Есть круг людей, которые находят «правильные» группы без телевидения. Но их крайне мало.

- «Парадуш» даже не пытались попасть на телевидение?

Анатолий: Каждый художник хочет быть услышанным. Не верю, когда говорят «нам это не надо». Поэтому и я носил наше видео. Сказали – клип хороший, но «неформат». Со временем вообще снимать что-то перехотелось…

- Пропало желание быть услышанными?

Анатолий: Нет. Просто поняли, что для этого не обязательно снимать клип. Если посчитать бюджет его создания, то получается, что за эти деньги можно оборудовать неплохую студию и записать 2-3 альбома. Или проехаться по городам Украины с концертами. В любом случае пользы будет больше.

обсудить в форуме

ХРОНОГРАФ
1964 родилась Дайана Кролл
знаменитая канадская джазовая пианистка и исполнительница.
СЛУХИ
Кань╓ Вест 'запише альбом-триб'ют Боу╖'
Репер вважа╓, що ╓ посл╕довником Боу╖ в сенс╕ музичного новаторства.

Архив / Интервью
<<Апрель, 2008 г.>>
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930    
 



  Интервью

 
еще >>> 

Телевидение для всей семьи

© ООО "Интерактивный Маркетинг". Все права защищены
ООО "Интерактивный Маркетинг" входит в состав Inter Media Group Limited.
Правовая информация | Контакты | Реклама на сайте
0.068 ~ c0.018 + m0.004 + b0.005 + s0.005 +u0.022