поп рок альтернатива хип-хоп джаз хитпарады музей новые лица теревенi
Новости
в Украине
в СНГ
в мире
Слухи
Афиша
концертная
клубная
Мысли вслух
События
концерты
фестивали
Reading-Room
Рецензии
CD
DVD
Интервью
Хронограф
Досье
Фотоархив
Словарь
Форум
Доски объявлений
Сервисы
экспорт новостей
Реклама на сайте
17.04.2009 20:27
Мария Сабадаш
 
ТЕЛЕВИЗОР: Дребезжание нервов

Сегодня новые песни “Телевизора” легче услышать в интернете, чем на живых концертах. Оно и понятно: правдоискателей у нас все так же не любят и предпочитают игнорировать, дабы не нарушали сладкий обывательский покой. “Телевизор” же всегда говорил правду-матку в глаза и не боялся наступать на больные мозоли общества. Михаила Борзыкина очень метко называют “совестью“ русского рока – за этого его любят или ненавидят, в зависимости от наличия оного качества у самих слушателей. Вторых, наверное, больше, ибо совесть в последнее время стала совсем уж неходовым товаром. Но несмотря на все запреты и отлучения от эфира, “Телевизора” продолжает исправно функционировать и время от времени смущать потребителей своими умными и едкими, лишенными цензуры аналитическими “выпусками“. То бишь альбомами. Последний из них – “Дежавю“ – выходит в апреле. Михаил Борзыкин рассказывает о новой пластинке, Ленинградском рок-клубе, “Марше несогласных“, Эдуарде Лимонове и задаче настоящего творца. Как всегда, образно, ярко и хлестко.

- На какой стадии Ваш новый альбом? Что вообще в группе происходит?

МБ: Новый альбом, под названием "Дежавю", записан и уже на следующей неделе мы его отдаем в производство (разговор состоялся в середине февраля. - прим. ред.). Выпуском пластинки занимается московская фирма "Геометрия". В апреле в продажу поступит первый тираж и состоится презентация диска. Слава Богу, мы наконец-то его дописали.

- Были проблемы какие-то с записью?

МБ: Нет, просто это долгий процесс. В связи с тем, что мне приходится быть звукоинженером,  аранжировщиком, исполнителем и саунд-продюсером в одном лице, работа над альбомом занимает очень много времени.

Что сейчас представляет собой Ленинградский рок-клуб?

МБ: Мы все еще пытаемся возродить его, но все чаще приходим к мысли, что многим это уже не нужно. Тем не менее, сейчас идет регистрация этого общественного объединения, Петербуржского рок-клуба. В дальнейшем, надеюсь, мы сможем организовать какие-то фестивали с молодыми музыкантами, для того, чтобы внести частичку правды и искренности, которой в творчестве сейчас не так уж и много. Групп очень много в Питере. В принципе, очень много молодых людей, которые не вписываются в формат традиционных клубов и хотели бы заниматься своим творчеством, но не востребованы в виду отсутствия, может быть, "веселухи" в тексте или, например, какого-то "грузилова". Беда в том, что поверхностность и легковесность стала пропуском в мир питерских клубов. Тенденция, к счастью, начинает потихонечку меняться. Мы постараемся со своей стороны всячески поспособствовать этим изменениям.

- Было понятие "красный рок", на смену пришло понятие "русский рок". В чем отличия?

МБ: Я отношусь к этому спокойно. Это ведь вывеска, какой-то журналистский ярлык - для удобства все было названо "русским роком". Я иронично отношусь к таким "водоразделам" и не причисляю группу "Телевизор" к русскому року. Появилась целая волна групп, которых в кругу музыкантов называют "говнороком". Эти вечные "три аккорда" и песни, похожие одна на другую - это сейчас мейнстрим, в который погрузилась российская рок-музыка. Хотя я регулярно слышу массу интересных молодых коллективов, которые не добиваются ни эфиров, ни сценических успехов, потому что существует довлеющий над всем русский "якобы-рок".

- В числе пострадавших группа "Последние Танки в Париже"?

МБ: Я очень хорошо отношусь к ребятам из ПТВП, к их творческой и человеческой позиции. Мы с ними вот делали концерт вместе. Делали также концерт под названием "Три Бьют": Глеб Самойлов, Леша Никонов и я. Эти люди до сих пор Живы, им не безразлично. Они хотят экспериментировать с музыкой и текстами, им есть что сказать. В общем, есть еще Люди.  

- Вы способны сейчас на отчаянные поступки, какие совершали в молодости?

МБ: У меня сейчас ощущение дежавю,  я чувствую, что называется, вторую молодость. В этом есть очень много позитивного, поэтому я и позволяю себе лезть под ОМОНовские дубинки. Слава Богу, пока по голове не получил и если не получу, будет вообще замечательно. У меня никогда не было задачи эпатировать ради эпатажа. По-прежнему, основная цель "Телевизора" - донести внутреннюю энергию, боль. Все, что в нас принесло время - вещи поверхностные. Может быть, сейчас я чувствую больший резонанс в окружающей среде и лучше предчувствую нехорошие времена. Про тот же кризис: мы три года подряд говорили о том, что он будет. Никто же не слушал, мол, "мы тут с колен встаем". Я рад, что мне удалось в свое время уловить, к чему все идет. Невзирая на отсутствие экономического мышления.

- Можете процитировать песню, из-за которой, якобы, вас не пустили на программу "100 процентный звук" на телеканале 100ТВ?

МБ: Мы послали тексты четырех песен, зная, что обязательно будет какая-то неприятность. Во-первых, нас откладывали три раза, под разными предлогами. Что удивительно, потому что там выступают группы, которые зачастую никому не известны. Выступало много наших коллег. У нас не было даже сомнений, что проблем не будет. Значит, три раза нас откладывали, а на четвертый попросили тексты. Мы прислали им новые песни. Одна из них была "Сиди дома", там есть такая фраза: "я о том, кем надо быть, чтобы не заметить чей-то хер в собственной жопе". Насколько я понимаю, эти строки смутили редактора программы. Но, самое главное, что редактор нам об этом ничего не сказала. Даже не обсуждался вопрос, чтобы эту песню убрать из эфира. Другие песни были еще похлеще. Там не было ни "хера" ни "жопы", которые, подчеркиваю, не являются нецензурными словами. "Хер" является эвфемизмом, а "жопа" - вульгаризмом. Я, как филолог, это знаю. Самое важное, что в других песнях были слова "неохристочекисты", "кремлядь" и уже потом из закрытых источников я узнал, что именно эти слова наиболее нецензурными показались музыкальным редакторам. Нам было сказано: "Вы понимаете, что это сейчас не пойдет, в такое время это не проскочит". Не было даже предложения убрать "Сиди дома" из эфира, потому что другие песни были еще жестче, без "хера" и без "жопы". Вот такая вот смешная ситуация. Я их прекрасно понимаю, они после этого устроили травлю. Сделали серию передач, что, мол, Борзыкин начал похабные тексты сочинять. Это было очень забавно. Я выступил на радио "Эхо Москвы", пояснил ситуацию, они - там на своем канале. В общем, такая была маленькая войнушка.

- Сколько помню, у "Телевизора" всегда были очень жесткие, прямые тексты...

МБ: Не совсем так, у нас очень много лирики, переживаний. Просто прославились мы именно брутальными песнями. В песнях, которые посвящены политике - да, я говорю всегда прямо. Но существуют целые альбомы, посвященные внутренним переживаниям, исканиям. В "МегаМизантропе", например, о политике нет ни слова, просто бесконечные психологические самокопания.  

- Из-за откровенных политических текстов Вам палки в колеса и вставляют всячески...

МБ: Слава Богу, не всячески: мы очень маленькая группа, незаметная. Конечно, в интернете многотысячные прослушивания, но в шоу-бизнесе мы никто - и это хорошо. Нас не прессуют, что называется, по полной. В некоторых песнях я сознательно отказался от эзопова языка. Я еще в 84-м году понял, что песни "ни о чем и обо всем" писать гораздо легче. Наш первый альбом, например, был весь а-ля "Аквариум". Мне, как поэту, гораздо легче писать такие тексты, рифма сама ложится, ты становишься емким, многозначным, кажешься себе и окружающим очень умным. Потом я отошел, мне стало это не интересно. Я поставил перед собой задачу (как рок-текстовик, а не как Великий русский поэт) обозначить тему и перестать скрываться за псевдо-философским мироощущением вселенской мудрости. То есть, есть вещи, которые взывают к прямой реакции и в композициях этому посвященных отсутствует язык больших метафор.    

- Есть мнение, что "Агата Кристи" распалась именно из-за трений братьев Самойловых…

МБ: Версия почти правильная, очень близка к правде.

- Музыка и политика неразделимы?

МБ: Если говорить о рок-музыке, то честность человеческой, социальной и политической позиции являлась всегда основой. Можно вспомнить Джона Леннона, перевести тексты Sex Pistols, Пита Гэбриеля, Дэвида Боуи - все звезды как-то откликались на окружающую ситуацию. Это то, с чего началась рок-музыка. Сейчас, на мой взгляд, ангажированность политическими задачами присутствует у многих, чаще всего эти люди поют ни о чем и участвуют в политических мероприятиях за хорошие деньги. Это очень неприятная тенденция, она больше характерна для наших двух стран, я думаю. Ведь люди, поющие песни протеста против политики Буша, получают "Грэмми", выступают на стадионах и участвуют в акциях протеста. А у нас на больших стадионах выступают как раз те, кто поддерживает власть. В этом смысле мы отстаем от планеты всей и как всегда, являемся рок-н-ролльной провинцией. У нас считается не зазорным поддерживать политиков, более того - их восславлять. Задача художника, на мой взгляд, ощущать боль окружающего мира, несправедливость и выплескивать самые сильные свои болевые или радостные ощущения. В этом честность. Это некое зеркало: если ты из этого зеркала удаляешь "негатив", то превращаешься в абсолютно попсового исполнителя, который несет в себе радость животного, которое только что покормили. Вся сущность рок-н-ролла - в честности, только тогда можно назвать свое существование в искусстве не бессмысленным.

- Вы нередко употребляете понятия «репрессии», «фашизм». На Ваших концертах люди скандируют «Хайль Путин». А Вашим союзником по оппозиции стал Эдуард Лимонов, известный идеолог нацизма. Вам не кажется, что вы занимаетесь пропагандой?

МБ: Во-первых, с Лимоновым мы никак не сотрудничаем - с одной стороны, с другой - никакого отношения к нацизму Лимонов, его идеология, его книги никогда не имели. Я прочел десять его книг, пятьсот статей и если вы это сделаете, то поймете. Единственное, что требует Лимонов - то же самое, что требую я - свободу прессы, свободу выборов и независимые суды. Название у организации Лимонова действительно спорное ("Национал-большевистский фронт". - прим. ред.), но люди, с которыми я общался - интернационалисты, национальной идеи там нет вообще, никакого фашизма там тоже нет, это интеллигентные люди. Но не будем хвалить Лимонова, он идет своим путем, у него очень разношерстная публика, например, писатель Прилепин и вообще, в окружении Лимонова очень много интереснейших людей, с которыми приятно общаться. Что касается песни "Твой папа фашист", то она была написана 1987 году, когда Лимоновым на Руси и не пахло. В этой песне говорится о неприемлемости фашизма как отношения одного человека к другим, отношении человека у власти к народу. То есть, тоталитарная позиция - это и есть фашизм, там потому этот папа и присутствует. Человек, который подавляет всех остальных, исходя из убеждения в собственной правоте - это психологический тип. Я считаю, что Путин очень подходит под то, о чем идет речь в песне, поэтому я иногда вставляю в припев вместо "твой папа фашист" - "ваш Путин фашист", чтобы разбудить подростковые умы, которые воспринимают Путина, как божественную данность. И то, что мы такие разные все, оказываемся вдруг вместе на "Марше несогласных" (я, Шевчук, Лимонов, Каспаров, советник президента Илларионов, Немцов), значит, нас сплачивает ощущение грядущего краха системы. Мы хотим его предотвратить, и требования для всех одинаковые. Никакого экстремизма в требованиях всех, кого я сейчас перечислил, нет.

- В Союзе удобнее было работать?

МБ: Я бы не сказал, что удобнее, но, конечно, мы были более дружны. Был "Красный клин", в него входили ДДТ, "Телевизор", "Алиса" и "Объект Насмешек". Мы ездили по городам, в том числе и в Киев приезжали. Мы были друзьями и единомышленниками, потому что был один общий враг - советская власть. Потом мы разбежались по своим квартирам, по своим маленьким «шоу-бизнесам». В этом смысле времена были очень хорошие, но ностальгировать по ним я не вижу смысла. Всему свое время. Идеалы этой свободы сохранились во многих из нас. Мы пытаемся каждый на своем месте их отстаивать, но это и сейчас нелегко. Может быть, даже труднее, потому что нас меньше стало. Часть из моих коллег больше не разделяет эти простые идеалы. Бог им судья.

- Как поменялась рок-музыка с приходом официального статуса и денег?

МБ: Выхолощена сама суть того, что называлось "роком" в 80-х. Тогда была очень важна не форма и не стилистика, а то, что ты хотел донести. Вот эта искренность и боль пробивала сквозь любые формы. Понятно, что многие плохо играли, плохо пели, но был заряд основного духовного посыла. Человек шел на сцену не девочек соблазнять и не деньги зарабатывать. Нам ничего не светило, к нам относились как к бомжам. Рок-музыкант - это бомж, его можно побить, можно его длинные волосы постричь. Мы не думали о каком-то шоу-бизнесе, мы занимались творчеством, чтобы донести "дребезжание нервов" через песню до людей. Сейчас, по-моему, ситуация обратная. Все отточили форму, играют все хорошо, звучат хорошо, но при этом удивительная скудность в мелодическом посыле. Я с ужасом обнаруживаю, что большинство коллективов, которые сейчас крутятся и по форме напоминают рок, берут свои мелодические начала из итальянской эстрады, из музыки советских ВИА, которых я наслушался с головой (у нас это называлось "совок", была такая установка: "что угодно, только не играть в совок"). Сейчас на этом рок-группы строят свои хиты, например, "Король и Шут". Добавляется искажение в дисторшн, но, по-сути, мелодия оттуда. Про тексты я вообще не говорю, потому что желание петь "ни о чем и обо всем", родоначальниками которого были люди типа Бориса Гребенщикова, возобладало и в попсе и в рок-культуре сейчас. Потому тексты группы "7-Б" или "Смысловых галлюцинаций" очень трудно отличить от некоторых текстов Бориса Борисовича. Но у Гребенщикова это чаще всего выходит талантливо, в то время как последователи у меня вызывают смех. У нас появилось пятнадцать "земфир", восемдесят "наутилусов", творческие приемы группы "Кино" используются молодыми сплошь и рядом, потому что это коммерчески выгодно. Люди боятся не попасть в формат, поэтому появились десятки "алис", десятки "би-два". Мы всегда думали, что Петербург станет вторым Лондоном, здесь будет вариться искусство, каждому "цветку" дадут взойти, любые эксперименты будут представлены в клубах. Мы не хотели быть провинцией рок-н-ролльного духа. К сожалению, мы пошли на поводу широких масс, денег и потребления. Надеюсь, не все еще потеряно.

- Если бы у Вас было одно желание, которое бы исполнилось обязательно, что бы это было?

МБ: На этот вопрос можно отвечать только на основе сиюминутности. В данный момент я бы, наверное, хотел чувствовать себя частью всего окружающего мира, находиться во взаимодействии со Вселенной.

обсудить в форуме

ХРОНОГРАФ
1961 родился Вячеслав Бутусов
бывший рулевой "Наутилуса Помпилиуса", ныне - почетный "Ю-питерианец".
СЛУХИ
Кань╓ Вест 'запише альбом-триб'ют Боу╖'
Репер вважа╓, що ╓ посл╕довником Боу╖ в сенс╕ музичного новаторства.

Архив / Интервью
<<Апрель, 2009 г.>>
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   
 



  Интервью

 
еще >>> 

Телевидение для всей семьи

© ООО "Интерактивный Маркетинг". Все права защищены
ООО "Интерактивный Маркетинг" входит в состав Inter Media Group Limited.
Правовая информация | Контакты | Реклама на сайте
1.049 ~ c0.349 + m0.059 + b0.006 + s0.052 +u0.396