поп рок альтернатива хип-хоп джаз хитпарады музей новые лица теревенi
Новости
в Украине
в СНГ
в мире
Слухи
Афиша
концертная
клубная
Мысли вслух
События
концерты
фестивали
Reading-Room
Рецензии
CD
DVD
Интервью
Хронограф
Досье
Фотоархив
Словарь
Форум
Доски объявлений
Сервисы
экспорт новостей
Реклама на сайте
23.07.2011 16:15
Елена Полякова
 
Олег СКРИПКА: Музыка должна быть кустарной

Чем сейчас занимается группа «Вопли Видоплясова», которая уже давно стала олицетворением украинской рок-сцены? Находится в затяжном туре, посвященном 25-летию коллектива, а в перерывах между выступлениями ненадолго возвращается в Киев, чтобы отдохнуть. В это время лидер группы успевает развивать свой сольный проект — Олег Скрипка и джаз-кабаре «Забава» (весной они выпустили альбом «Жоржина» и дали серию концертов), патронировать фестиваль «Кра╖на Мр╕й» и раздавать интервью.

- Юбилейный тур «ВВ» не мешает вам плотно заниматься своим джазовым проектом. Вы даже заявляли о своих планах основать джазовое кабаре в Киеве, обогатив таким образом культурную жизнь столицы. Насколько, вы думаете, это будет востребовано здесь?

- Да, я уже давно мечтаю об этом — еще с тех самых пор, как сам работал в парижских кабаре. И я уверен, что это направление будет интересно людям, главное его развивать. Ведь сама культура кабаре когда-то родилась из домашних концертов. Это произошло в середине-конце ХIХ века. Во Франции тогда была проблема со свободой слова. Было запрещено самовольно собираться на площадях и улицах, устраивать какие-то самодеятельные концерты. А музыканты, менестрели — они всегда пели правду. Они пели о жизни, о том, что их волнует, а поскольку на улицах этого делать было нельзя, музыка переместилась в кофейни. Это был настоящий андеграунд, это были песни свободы. Вторая волна кабаре началась после революции в Российской Империи — тогда много хороших музыкантов уехало в Европу. Двое из них, основателей кабаре ХХ века, были украинского происхождения. Это Петр Лещенко, у которого было роскошное кабаре в Будапеште, и Вертинский, киевлянин, который вообще является официальным отцом кабаре. Во Франции он гораздо популярнее, чем у нас. Потом, что интересно, когда Советы пришли на Украину, многие музыканты вновь сбежали. Они играли в мировых кабаре и даже в аргентинском танго. Украинцы многое вложили в латиноамериканскую музыку — она неслучайно так приятна нашему уху.

- Как к вам пришла эта идея — заняться популяризацией культуры кабаре в Украине?

- Я ощутил вдохновение на тех вечеринках, которые мы устраивали с друзьями. Мы просто собирались, что-то пели, делали какие-то сейшны... В джазе, исполняемом в маленьких кофейнях, есть такая искра, искренность, которая исчезает в больших залах. Ее нет в рок-музыке. Рок-музыка — это совершенно другая энергия. Именно эту душевность хотелось перенести в Украину.

- В недавнем интервью вы рассказывали, что попали в музей рок-н-ролльных артефактов в Казани...

- Да, теперь там есть вещи от «ВВ»: джинсы и труба. Это очень хороший музей, кстати. Там куча всего! Там и от Nazareth, и от Deep Purple, и от всего Советского Союза что-то есть. Так что всем рокерам, которые поедут в Казань, я очень советую посетить этот музей. Там такие люди хорошие, настоящие.

- Теперь, когда группа «ВВ» достигла такого серьезного возраста и даже, можно сказать, стала музейным экспонатом, то кому как ни вам задавать этот вопрос — чего не хватает современной музыке?

- Современной украинской музыке не хватает культурного пространства. Оно складывается из информационного и материального пространства. Материальное — это залы и клубы, где выступают коллективы. Я сейчас объединяю: рок-музыка, джаз-музыка, экспериментальная, какие-то диджейские проекты безумные, какой-то рэп, хип-хоп, в общем, все, что мы не можем услышать, но что находится в зоне интереса культурного человека. Потом нужно информационное пространство — это радио и телевидение, масс-медиа всяческие, чтобы мы могли услышать и купить эту музыку. Этой структуры не хватает. Ее или вообще нет, как концертного зала в Киеве, нет же ни одного нормального, либо недостаточно — какую-то музыку фрагментарно крутят по радио, но это такой мизер, что культурному человеку радио проще вообще не слушать, что, в принципе, люди и делают.

- Или слушать какие-то интернет-радиостанции.

- Ну да, но для этого надо делать какие-то усилия, в общем доступе этого нет. Вот этого не хватает в Украине катастрофически. В СНГ с этим по-разному, но Россия — законодатель всех струй и направлений. У них куча всяких музыкальных ниш. Естественно, там много всего интересного, но, опять же, основной тон задает музыка, у которой ватерлиния даже еще ниже, чем в Украине. Вроде бы рынок огромный, есть место и для рока, и для экспериментов всяческих, и все это можно найти, но общий тон задает такой дурной вкус, что просто аж страшно! Естественно, такое общество нездорово в культурном смысле.

- Что тогда вы скажете о мировой музыке в целом?

- Если говорить про мир, то этот баланс чуть-чуть лучше, но тоже все не шоколадно. То есть это общество потребления. Капитализм построен на том, чтобы дешевле произвести и дороже продать. Музыка, культура должна быть кустарной. Все-таки это ручной труд, проявление внутреннего «Я» человека. А индустриализация культуры, конечно, очень печально сказалась на мировых тенденциях. В принципе, если говорить о причинах болезни, они, естественно, лежат не в Украине и не в России — они за границей. А у нас это просто принимает уродливые постсоветские формы. Мы находимся на периферии мировой культуры и у нас она очень странно отображается. Украина зажата между американской, европейской и российской, и нас просто плющит от этого. В такой ситуации творцы и то минимальное культурное общество замыкаются сами в себе и производится интересный продукт, который может быть даже интересней, чем тот, что родился заграницей, потому что все-таки мы остаемся в изоляции.

- Какую во всем этом роль играют «Вопли Видоплясова»?

- «Вопли Видоплясова» старше, чем независимая Украина, мы живем на изломе эпох и «ВВ» — это такой мостик между Советским Союзом и современным миром, а еще между Украиной и Россией.

- Вы регулярно презентуете новые песни на официальном сайте «ВВ», а когда собираетесь альбом выпустить?

- Не знаю. Когда будет время. Пока времени нет.

- Времени нет из-за тура и сольных проектов?

- И из-за интервью. (Смеется.)

- Расскажите, как вообще обычно происходит работа над новыми песнями?

- Песню мы можем сочинить за один день — музыкально. Потом мне где-то год надо писать текст и еще полгода работать в студии над ней. То есть это очень много работы.

- Неужели вам нужен год, чтобы написать текст песни? Одной?

- Да. Я очень долго пишу песни. У меня просто есть определенные фонетические приемы и мои тексты звучат определенным образом. Ну, то есть, они не случайно так звучат. Я год работаю над текстом — и это тоже не просто так. Ну, вот так у меня получается — я долго ищу фонетические приемы, синонимы, параллели. Допустим, если я пишу, у меня получается текста на три песни. И вот у меня есть три версии, я начинаю выбирать, как-то их компоновать, убирать лишнее, в общем, работа очень кропотливая. Потом я начинаю текст петь, и снова его переделываю, потому что что-то не поется.

- Тогда, получается, вам нужно больше 12 лет, чтобы записать альбом из 12 песен?

- Не-не, работа происходит параллельно. Я же занимаюсь концертами, записями, сольными проектами и тому подобным. Я же не каждый день сижу и пишу один текст в течение года. Вот так, допустим, текст песни «День народження» писался 10 лет, а текст песни «Чiо Чiо Сан» я писал 20 лет. «Чiо Чiо Сан» у нас записана в 1989 году, а в 2008 году я дописал текст.

- Когда находишь и читаешь какие-то свои старые записи, то чувствуешь, что ты от них уже так далеко, как будто это было написано в прошлой жизни. У вас нет такого?

- А у меня наоборот. Я когда пишу текст, то сохраняю черновики, и потом со временем возвращаюсь к нему. Когда ты продолжаешь сразу, ты можешь отбросить хорошие идеи, потому что спонтанность всегда более гениальна, чем рациональный разум. Ты, мысля рационально, можешь вот это зерно выкинуть просто. А потом ты перечитываешь и только со временем понимаешь под какими влияниями ты что написал. Обнаруживаешь какие-то вещи и думаешь: «Вот это классное зерно, слава богу, что я его не выбросил!» А потом ты видишь что наращено вокруг него, гармонично оно с ним работает или нет. Но так как я потом текст еще очень много выпеваю, то он еще вышлифовывается.

- В смысле - «выпеваю»?

- Пою. Его выпеть надо. Когда ты поешь на концертах, ты отключаешь сознание и со временем текст изменяешь. Сам не осознаешь, что ты его изменяешь.

- Я не раз такое замечала на концертах, думала, может это забывчивость просто? Когда весь зал поет так, как было записано на альбоме, а музыкант — какие-то другие слова.

- Да, потому что ты потом его как-то дорабатываешь, причем это автоматически происходит. Как море шлифует гальку — так и текст отшлифовывается со временем.

обсудить в форуме

ХРОНОГРАФ
1962 родился Кирк Хэмметт
гитарист Metallica "второго призыва". Любитель интеллектуального кинематографа и экстремальных видов спорта.
СЛУХИ
Кань╓ Вест 'запише альбом-триб'ют Боу╖'
Репер вважа╓, що ╓ посл╕довником Боу╖ в сенс╕ музичного новаторства.

Архив / Интервью
<<Июль, 2011 г.>>
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
 



  Интервью

 
еще >>> 

Телевидение для всей семьи

© ООО "Интерактивный Маркетинг". Все права защищены
ООО "Интерактивный Маркетинг" входит в состав Inter Media Group Limited.
Правовая информация | Контакты | Реклама на сайте
0.080 ~ c0.018 + m0.004 + b0.005 + s0.011 +u0.030